Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
12:02 

_Фаэливрин_
"ЗАКРОЙ ГЛАЗА! ОТКРОЙ ТРЕТИЙ!"
О дружбе нолдор и телери
.(с)mynemosyne.

Перечитывая сцену перед братоубийством в Альквалондэ, я была заинтересована тем, какое большое значение там придается дружбе, и что именно она является камнем преткновения между Феанором и Ольвэ.

Дружба - это система взаимных общественных и моральных обязательств, особенно в отношениях больших групп. В архаических обществах акцентиуются очень специфические дружеские узы, особенно между властителями. Я думаю, эта сцена может служить достаточным свидетельством, что у эльфов было представление (возможно, негласное), о том, что должна включать в себя дружба в идеале. Более того - подобные социальные конструкты вполне могли быть вызваны к жизни Великим Походом в Валинор и полной опасностей жизнью на Куйвиэнен.

Стричь всех под одну гребенку по национальному признаку - опасный подход, но если подумать, их культуры почти наверняка сильно отличались. Такой вывод можно сделать исходя из того, что телери, синдар и нолдор говорят на разных языках. Галадриэль назвали Нэрвен на языке ее матери. Давайте рассмотрим концепцию дружбы более подробно.

Индивидуальная дружба в современном смысле - наверно, самый простой (и сложный) вид отношений, которые могут связывать людей. Но даже теперь существуют негласные ритуалы, которые нужно выполнять, чтобы сохранить ее. В историческом прошлом дружба между облеченными властью личностями из разных народов была куда более формальной и обязанной соответствовать идеалу. Это форма общественных и моральных обязательств. Например, древнегреческая концепция ксении, прославленная в ранней гекзаметрической поэзии, устанавливает правила гостеприимства и добрых отношений между людьми, особенно жителями разных городов. Это священные узы, которые не всегда сопровождаются дружбой (см. Приама и Ахилла), но тем не менее содержат ее как существенный элемент.

В "Илиаде" есть удивительная сцена, когда Главк и Диомед понимают, что их дедов связывали узы гостеприимства. Они останавливаются на поле боя и обмениваются доспехами. Что особенно поражает, если вспомнить, что Главк носил золотые доспехи, а Диомед - бронзовые. В "Одиссее" настоящим знаком бедственного положения героя служит то, что когда он возвращается к Эолу - который раньше уже оказывал ему ксению - и садится на порог, прося принять его, действие не идет по обычному сценарию. Эол прогоняет Одиссея, и за это его проклинают боги.

Еще один пример почти ритуальной дружбы: в архаический период в отдельных государствах существовала концепция гетайреи - отряда товарищей. Он был существенной частью жизни аристократов. Гетайрея, наряду с симпозиумом, возможно, одна из старейших форм социальной организации. Это был в том числе способ обеспечить себе поддержку и укрепить верность своих сторонников. Поэты-аристократы писали изумительные лирические стихи об очень личной политической дружбе - такой, как у Алкея и Архилоха. В некоторых случаях она, похоже, была еще более личной, чем обычно. Одна из моих любимых цитат принадлежит Алкею Митиленскому, который был с головой погружен в политическую жизнь. Узнав о смерти тирана Мирсила, он сказал друзьям: "Нам надо напиться, так крепко напиться, как только можем, ведь Мирсил мертв". Так он свел воедино симпозиум, социальную связь между членами гетайреи и суровую реальность политики.

Возвращаясь к концепции ксении: хотя она работает между разными группами людей, нужно отметить, что обычно эти люди достаточно близки друг другу культурно. Да,
города-государства - включая греческие колонии - отличались ярым индивидуализмом, отделяли себя от других по признаку происхождения и прямо-таки специализировались на конструировании собственного образа. Но их жители чувствовали себя принадлежащими к одной культуре. Эта концепция стала особо важной частью политической риторики после Пелопоннесской войны, но и задолго до нее имела большое значение - особенно когда греки имели дело с Персией. Греки поклонялись одним и тем же богам у одних алтарей - особенно в больших святилищах вроде Додоны и Дельф, участвовали в общих праздниках. Аристократы из разных городов состязались на общих Играх со времен, которые для них были доисторическими. Если они хотели установить общее летоисчисление, то считали по Олимпиадам. Если правитель недавно основанной колонии хотел завоевать себе достойное положение среди древних городов метрополии, надо было победить на Играх и заказать Пиндару стихи об этом. (Советую прочитать 1-ю Олимпийскую песнь и 9-ю Пифийскую, а потом что-нибудь о культе героев - это отличные вещи.) Общие алтари, общие праздники, общая культура, общие идеалы - все это в высшей степени способствует общему пониманию таких концепций, как ксения.

До Альквалондэ нолдор, несомненно, были друзьями телери - они построили город, они попросили Валар привезти телери в Валинор - так почему бы Ольвэ не отдать корабли? Есть один довод против: из-за культурных различий у этих народов были разные представления о том, какие моральные обязательства накладывает дружба. Когда погибли Древа, эльфы были на празднике в честь Валар в Валимаре. Я говорю "эльфы", но на самом деле - только ваньяр и нолдор, потому что телери там не было. Они устроили свою вечеринку, и должно быть, это было куда веселее, чем смотреть, как Финголфин старается помириться с Феанором, который не верит ему ни на грош. Этот праздник - не их дело, у них свои обычаи. В таком контексте это доказывает, что народ телери развивался совсем иначе, чем ваньяр и нолдор. Стоит отметить, что у разных групп эльфов были разные Валар-покровители. Телери, похоже, были преданы Ульмо почти безраздельно.

Итак, я говорила о концепции дружбы применительно к людям, разделяющим одни культурные идеалы. Признаю, что сильно все обобщила - ведь иноземцы довольно часто включались в отношения ксении. Но эти люди почти всегда имели возможность общаться с греками и знакомиться с их языком и идеалами. Главное, что здесь надо отметить, - телери во время своей первой долгой разлуки с ваньяр и нолдор перешли к изолированному развитию. Более того, они перенесли крайне травматичное событие - им пришлось оставить позади половину своего народа в надежде найти безопасное место для жизни. Вполне возможно, это заставило их выработать другой идеал. Лично я считаю, что многие концепции вроде этой нужны для самооправдания. Я читала превосходные фики, где феаноринги создали целое искусство самообмана, убеждая себя, что резня в Альквалондэ была справедливой, - и правда буквально раздавила их, когда Сильмариллы их отвергли. Мне кажется вероятным, что телери, которые приплыли в Валинор, оправдывали себя подобным образом.

С другой стороны, фалатрим - народ, возможно, больше всего похожий на прежних телери, какими они были до жизни на Тол-Эрессеа, - были в числе лучших и ближайших союзников нолдор в Белерианде, особенно Фингона и Финрода. Можно предположить, что именно такой дружбы, основанной на взаимопомощи, ожидали нолдор от валинорских телери.

В истории часто возникала путаница концепций, особенно когда народы имели мало дел друг с другом. Например, римская амицития конфликтовала с обычаем греческих Лиг III и II века настаивать на формальных договорах. Другие политические термины могли номинально означать одно и то же, но на деле подразумевать под собой очень разные идеалы. У греческой элейтерии - свободы - не было римского эквивалента, пока эти культуры не начали более близко общаться во время Первой Македонской войны. Ранее, хотя римские купцы
торговали по всей Адриатике и Рим контактировал с греческими колониями в Италии и Сицилии, у него не было отношений с материковой Грецией на уровне высокой политики. В Древнем мире коммуникация обычно не была сплошной, и у римлян в Греции не было никаких интересов. Если вы хотите увидеть, как грек, проживший много лет в изгнании в Риме, пытается обьяснить его политическую систему своим ахейским соотечественникам, особенно интересен Полибий. Советую читать в умеренных дозах - остальное, о чем он пишет, сплошная скука.

Итак, я хочу показать, что разделение народов и разное развитие культур порождают разные идеалы дружбы. Они формируются в независимых - и в данном случае травматических - обстоятельствах. Мне кажется, до Альквалондэ они не подвергались испытаниям. Возможно, но маловероятно. Скорее всего, они - наследие времен Великого Похода и строительства валинорских королевств. До Альквалондэ не было возможности проверить, как эти концепции могут выстоять под давлением.

Исходя из того, что мы наблюдаем, у нолдор очень "физическое" понимание дружбы и помощи. Кажется, это неотьемлемая часть их культуры - они построили Альквалондэ, они просили Валар за телери. Их дружба с телери зародилась очень давно и была основана, прежде всего, на помощи. Думаю, они по сути своей щедрый народ - что доказывают отношения Финрода с людьми, главной частью которых в начале было обучение и защита. Кто из эльфов заключал союзы с Пришедшими Следом? Ну... скажем так, это был не Тингол, пока Морвен не попросила его. И даже тогда большая часть ее надежд основывалась на родстве с Береном. Карантир немного опоздал на вечеринку, но хотя бы попытался. Почему же именно дети Финарфина и Финголфина взяли все на себя? Конечно, они были честолюбивы и хотели править собственными королевствами, но был и более бладородный мотив - дружба. Интересно, что их мотивирует не родство - и это важно для моих дальнейших рассуждений.

Я бы с радостью написала целое эссе о том, как прекрасна и восхитительна дружба Маэдроса и Фингона, но эта статья и так уже чересчур длинна.

Во Второй Эпохе мы видим дружбу гномов и эльфов Эрегиона, из которой выросли торговые союзы и совместная постройка Врат Дурина. И пароль к этим вратам - "друг". По-моему, где-то сказано, что Гил-Галад пришел на помощь Элендилу, приплывшему в Средиземье, по дружбе. В некоторых версиях истории Семи Колец сам Келебримбор, а не Саурон, дарит величайшее из колец своему другу Дурину. Даже в Третьей Эпохе Элронд и потомки Элендила дружат между собой, и ради этой дружбы Элронд идет на многое - в том числе укрывает у себя наследников дунаданских вождей и хранит реликвии Арнора. Один из важнейших участников войны с Ангмаром - Глорфиндель - даже если не является возрожденным балрогоубийцей из Гондолина, скорее всего нолдо (если в нем и есть кровь ваньяр, он все равно служит владыке нолдор).

По-моему, все это делает Приговор Мандоса особенно печальным. "Через предательство брата братом и страх предательства случится это". Он берет одну из лучших черт нолдор и обращает ее против сыновей Феанора. Они теряют доверие к фундаментальным и самым благородным (кроме любовных) узам, которые могут связывать одного нолдо с другим. Здесь стоит упомянуть Мерет Адертад, Праздник Воссоединения - одно из немногих счастливых событий в "Сильмариллионе", потому что там было дано много обетов дружбы. И кажется, большая часть этих обетов, данных членам Дома Финвэ, была исполнена. Один из названных гостей праздника - Кирдан - известен тем, что всегда оказывал физическую помощь. Он отбил вместе с Фингоном атаку Моргота в конце Дагор Браголлах, воспитал его сына, помог Эарендилу. О Кирдане я собираюсь написать позже.

Дориатские синдар ведут себя иначе. Возможно, частично это объясняется тем, что они защищены Завесой Мелиан и куда меньше нуждаются в отношениях с нолдор, чем наоборот. По существу, ко времени прихода нолдор они ведут абсолютно изоляционистскую политику. Насколько это объясняется наплывом голодрим инасколько Завесой, позволяющей жить в безопасной изоляции, - вопрос спорный. Также у них есть существенная причина не искать дружбы с нолдор, - братоубийство. Однако у них были подобные отношения - с Денетором, который привел рассеянные остатки нандор, следовавших за его отцом Ленвэ, в земли Тингола. Это пример связи, имеющей оргомное значение и построенной без участия нолдор. Но эта связь обозначена другим словом. Синдар и нандор приветствовали друг друга как "родичи, долго бывшие в разлуке". Родичи, а не друзья. Можно предположить, что нолдор утратили право на родство с синдар, когда начали убивать родичей. Стоит отметить, что после того как Ангрод выболтал большой секрет, в Дориат из всех нолдор допускались только кровные родственники Эльвэ. Разумно предположить, что кровные узы очень важны для синдар. Возможно, телери и синдар ставят их выше таких связей, как дружба. Мне всегда казалось, что брак Эарендила и Эльвинг был исключительно удобным с династической точки зрения. Если считать, что Элронд унаследовал синдарские ценности от своих предков - хотя лично мне кажется, что он воспитывался как нолдо - то его связь с дунэдайн основана на очень дальнем родстве.

Отношения синдар и гномов строились не столько на дружбе, сколько на взаимной выгоде, и не выдержали влияния Сильмарилла. Эол является исключением из правила, то есть - упомянутым исключением. Надо признать, что у нолдор с гномами получалось не лучше. Мне кажется, по крайней мере частично в этом виноват Карантир. С другой стороны, Куруфин, похоже, с ними в довольно близких отношениях - помните нож работы Телхара, которым Берен вырезал насколько Завесой, позволяющей жить в безопасной изоляции, - вопрос спорный. Также у них есть существенная причина не искать дружбы с нолдор, - братоубийство. Однако у них были подобные отношения - с Денетором, который привел рассеянные остатки нандор, следовавших за его отцом Ленвэ, в земли Тингола. Это пример связи, имеющей оргомное значение и построенной без участия нолдор. Но эта связь обозначена другим словом. Синдар и нандор приветствовали друг друга как "родичи, долго бывшие в разлуке". Родичи, а не друзья. Можно предположить, что нолдор утратили право на родство с синдар, когда начали убивать родичей. Стоит отметить, что после того как Ангрод выболтал большой секрет, в Дориат из всех нолдор допускались только кровные родственники Эльвэ. Разумно предположить, что кровные узы очень важны для синдар. Возможно, телери и синдар ставят их выше таких связей, как дружба. Мне всегда казалось, что брак Эарендила и Эльвинг был исключительно удобным с династической точки зрения. Если считать, что Элронд унаследовал синдарские ценности от своих предков - хотя лично мне кажется, что он воспитывался как нолдо - то его связь с дунэдайн основана на очень дальнем родстве.

Отношения синдар и гномов строились не столько на дружбе, сколько на взаимной выгоде, и не выдержали влияния Сильмарилла. Эол является исключением из правила, то есть - упомянутым исключением. Надо признать, что у нолдор с гномами получалось не лучше. Мне кажется, по крайней мере частично в этом виноват Карантир. С другой стороны, Куруфин, похоже, с ними в довольно близких отношениях - помните нож работы Телхара, которым Берен вырезал Сильмарилл из короны Моргота? Довольна интересна связь между Азагхалом и Маэдросом. Я не совсем уверена, что это действительно дружба, но один из традиционных признаков дружбы - принесение даров - там имеется. Учитывая извилистый путь Драконьего шлема Дор-Ломина, я не могу сказать наверняка, что этот дар на самом деле так уж ценили - но главное ведь не подарок, а внимание, правда?

У синдар и лесных эльфов встречаются случаи замечательно крепкой личной дружбы. Но самые известные примеры, случившиеся в Дориате, вряд ли могут служить индикатором того, какое значение придавала дружбе дориатская культура. Скорее они основаны на индивидуальных добрых поступках. Дружба Белега с Турином почти так же эпична, как у Маэдроса с Фингоном. Однако их отношения ближе к современной дружбе, насколько это возможно в "Сильмариллионе". Они на равных, никто из них не является правителем или претендентом на власть (род Турина фактически утратил все шансы вернуть себе Дор-Ломин). Это дружба между воинами, братьями по оружию, между эльфом и одиноким мальчиком, которого он спас от голодной смерти в Завесе Мелиан и привел в свою страну. Другой пример - отношения Турина и Неллас, но это, по большому счету, не более чем детская дружба. Особенно в "Детях Хурина", где эльфийка все больше отдаляется от Турина по мере его взросления.

Вернемся к телери из Альквалондэ. В эпизоде перед братоубийством об отношении телери к дружбе с нолдор сказано: "Телери... были поистине опечалены, что их давние друзья и родичи уходят, но желали скорее отговорить их, чем помогать". Мне кажется - и здесь я ухожу в область интерпретаций - что жизнь в Средиземье, особенно последние ее дни, оставила на душе Ольвэ глубокие шрамы и заставила в корне пересмотреть свои представления о дружбе. Не будем забывать, что его отплытие пришлось на очень темные времена. По-моему, в глубине души он полагал, что Эльвэ схватили слуги Моргота, а Эльмо ожидает верная смерть от их рук. Расставание эглат (будущих синдар) и телери Ольвэ должно было быть очень горьким и травматичным для обеих сторон. Я убеждена, что Ольвэ чувствовал себя обязанным увести народ в безопасный Валинор, а оставшиеся - по разным причинам - чувствовали, что им нельзя уходить и что их предали и бросили. На это намекает их название - Забытый народ. Думаю, Ольвэ пришлось нелегко, но его долг перед подданными,желавшими оставить Средиземье, перевешивал долг перед братом, которого он, должно быть, считал погибшим. Другими словами, он верит, что уберечь свой народ от опасности - более высокий долг, чем остаться и помогать тем, кто чувствует себя не вправе уйти.

Итак, мы добрались до судьбоносного дня в Альквалондэ. Ольвэ намного старше Феанора и намного дольше жил в Средиземье, чем Финвэ и Ингвэ. Скажу честно - Феанор до последнего момента вообще не знал, во что он ввязывается вместе с сыновьями. Весело ли ему было осознать это наконец? Ольвэ знает, с чем нолдор придется столкнуться. Возможно, он знает: сколько ни проклинай Моргота, сколько ни атакуй его крепость, толку от этого не будет. Думаю, именно это стоит за его словами: "Мы не отрекаемся от дружбы, но, быть может, другу подобает упрекнуть друга в его безумии". С его точки зрения, он выполняет свой моральный долг, который состоит в том, чтобы назвать затею друга безумием и удержать его, а не в том, чтобы помочь уйти.Но Феанору могло показаться, что, отказывая в физической помощи, Ольвэ как раз нарушил моральные обязательства, накладываемые дружбой.

Между нолдор и телери есть еще одно фундаментальное различие, о котором стоит задуматься. Про телери в тексте сказано, что они довольны жизнью в Валиноре, "теперь они не желали иного дома, кроме побережий Эльдамара". Нолдор даже до освобождения Моргота были недовольны, если принять во внимание эту фразу: "Но память о Средиземье, озаренном звездами, жила в сердцах нолдор, и они обитали в Калакирье, на холмах и в долинах, где был слышен шум западного моря".

Итак, даже если не принимать во внимание мой довод, что Ольвэ мог иметь другие представления об идеале дружбы, мне кажется, что в этом разговоре собеседники во многом недопонимали друг друга. Дружба с нолдор - не единственное, о чем телери беспокоятся в этот момент. У них есть и моральные обязательства, которые накладывает дружба с Ульмо.
то Ульмо научил их строить корабли - и стоит отметить, что в тексте говорится: "Они не хотели ни одалживать корабли, ни помогать строить их против воли Валар". Ольвэ объясняет свое решение не одалживать корабли более подробно: "Мы научились этому ремеслу не у нолдор, а у Владык Моря". Дело не только в личной привязанности к кораблям (иначе они согласились бы научить нолдор), но и в дружбе с Ульмо и Оссэ, которые не давали своего дозволения и, возможно, совершенно не одобряют всю эту затею. Интересно также отметить, как описаны лебединые корабли. Мужи построили их, а жены и девы сделали паруса и канаты. Весь труд был разделен между членами общины, и это возможно, подчеркивает, что корабли - символ телери как группы, связанной родством. Более того - если Феанор утратил доверие к Валар (и это было в чем-то оправдано), то Ольвэ все еще верит, что они исцелят раны, нанесенные Морготом. Это значит, у него больше чем одна причина отказать нолдор и убедить их подождать.Итак, мы вернулись к отношениям телери и нолдор. По-моему, дело в том, что представления этих народов о том, какие моральные обязательства накладывает дружба, в корне различны. Поэтому у Феанора и следовавших за ним нолдор, вероятно, была существенная причина чувствовать себя преданными и гневаться на телери, отказавшим им в помощи. Скорее всего, эти чувства и привели их к попытке украсть лебединые корабли. Говоря со всей искренностью, я не виню их за то, что они ужасно разозлились. И когда я читаю язвительный ответ Феанора Ольвэ, то не могу не признать, что в чем-то он прав. Но Ольвэ тоже в чем-то прав. И в такой напряженный момент любому из них было бы очень трудно успокоиться и увидеть правоту другого.
Однако все это никоим образом не означает, что я хочу доказать моральную правоту нолдор. Это не так. Я исследовала мотивы, стоящие за ситуацией. Вообще, мне всегда было намного проще примириться с нападением на Дориат и Сирион, чем с братоубийством в Альквалондэ. В тех случаях была прямая причинно-следственная связь и не было реальных дружеских уз, которыеудерживали бы нападающих. В Альквалондэ все совсем не так. Даже если телери, по меркам нолдор, поступили не как настоящие друзья, ответом на это было полное отречение от дружбы и небывалых масштабов агрессия.

Как ни удивительно, феаноринги все равно мои любимые персонажи

URL
Комментарии
2014-10-28 в 01:36 

Одна из моих любимых цитат принадлежит Алкею Митиленскому, который был с головой погружен в политическую жизнь. Узнав о смерти тирана Мирсила, он сказал друзьям: "Нам надо напиться, так крепко напиться, как только можем, ведь Мирсил мертв". Так он свел воедино симпозиум, социальную связь между членами гетайреи и суровую реальность политики.

трандуил почему то вспомнтлся)

URL
   

Дикий цикорий .

главная